День испытаний уборки шасси

    Так да, в симуляторах тоже приходится выполнять героическую и опасную испытательскую работу. Программист-то всегда вам скажет в силу особенностей его профессии с высот интеллектуального меньшинтсва, что у него все в коде правильно. А вирпилу-испытателю придется все эти заявления проверять на практике и сверять с табличками мануалов.
    Героическая работа! Сегодня я пол-дня летал в виртуальных небесах на предмет правильности уборки шасси. А Ишак имеет чудную конструкцию шасси, которую пока не начнешь моделировать, не поймешь всей гениальности конструкторской мысли. Убирать пирамидальную схему - это вам не бубль-гум, до такого додуматься надо было, а уж воплотить могли только хтонические мастера своего дела. Сегодняшний летный день, по счастью, с программистами напрямую связан не был - что намоделил, наанимировал, то и проверял. От этого, правда, немногим легче, находить кучу своих косяков, еще неприятнее, чем чужих, себя ведь заставлять приходится передеывать, а не программиста Петю или аниматора Вову.

    Из архива летных испытаний.



    Ну, сегодня просто пришлось гонять шасси и смотреть на них стопицот раз со всех ракурсов, на предмет правильной анимации и правильного положения створок, шасси, тросиков, амортизаторов в убраном и выпущеном положении. А ведь и на штопор летаем и каждая разбитая моделька задевает вирпильское самолюбие. "Эх, не вывел!" - хлоп глоток чаю, и заново.

Самолетчик, - на планер!

КВС приноравливался к управлению «планёром», а второй пилот немедленно начал искать в аварийной инструкции раздел о пилотировании самолёта без двигателей, но такого раздела не было. К счастью, КВС летал на планёрах, вследствие чего он владел некоторыми приёмами пилотирования, которые лётчики коммерческих линий обычно не используют. Он знал, что для уменьшения скорости снижения следует поддерживать оптимальную скорость планирования. Он поддерживал скорость 220 узлов (407 км/ч), предположив, что оптимальная скорость планирования должна быть примерно такой.»

Небольшая вырезка из Википедии, рассказывающая о так называемом планере Гимли, от которого, наверное, и берет отсчет интересный тренд, в котором утверждается, что пилот, имевший опыт полетов на планерах даст многократную фору пилоту, не имевшему такового. Тренд сам по себе неплохой, но он начинает превращаться в планерной среде в эдакий рекламный слоган «Если ты не планерист, то и не летчик вовсе». Пишу я это, ибо каждый раз, при ознакомлении с новым мифоподобным фактом, все мое естество начинает страдать и корчиться от разрывающих меня собственных гениальных выводов, которые можно использовать только в качестве ознакомления с моим мнением, не предполагая, что я обладаю некой истиной.



Википедия, естественно, не академическая книжка по аэродинамике и не Руководство по летной экслуатации, но утверждать, что пользоваться аэродинмическим качеством может только пилот-планерист, как-то грешно.

Collapse )

Полет амортизатора

  Фотоны, отраженные от окружающей местности, бомбардировали сетчатку, позволяя мозгу генерировать картинку приятного вечерноего пейзажа финала летноего дня. Я задумчиво постукивал по бетонной плите амортизатором основной стойки шасси Вильги, довольно наблюдая за его упругими прыжками. «Навереное, сойдет» - подумал я всеми своими познаниями в области амортизаторов.
Через полчасика, тихо матерясь, я закончил контрить верхнюю гайку крепления амортизатора, довольно потирая руки грязной тряпкой, которая помогла мне выровнять цвет ладоней с ее собственным. Для верности и финальной чистоты, я потер руки о штанины специального летного костюма — грязных джинс, в которых можно было не боясь залезать в виайпи салон буксировщика планеров.
  Можно было приступать к облету своего труда.
  Забравшись привычным набором движений, не забыв скользнуть ногой по залитой маслом ступеньке, в кабину польского Шаттла, я приступил к подготовке к запуску:
  Магнето — выключено
  Воздух — открыт
  Шприц — четрые, вытянут
  Четыре вверху — включено
  «Лишь бы запустился — привычно помолился я, и проорав — "От винта!" - зашипел кнопкой запуска. Как ни странно, двигатель раскрутил винт, не попросив ни одного дополнительного шприца. Очень приятно, занете ли, когда двигатель Вильги запускается с первого раза, да еще и в ту сторону, куда надо. Проверив рули, элероны, закрылки и прогрев двигатель, щурясь от лучей Солнца, с трудом пробивающихся сквозь замасленное и поцарапанное стекло, пару раз прокачав левую гашетку тормоза, я приступил к рулению, напомнив себе, что нужно не забыть не включить случайно дворник. Мой амотризатор на рулении не поставил самолет на колено, что уже вселяло надежды на завтрашние полеты.
Дорулив до исполнительно, привычно установив трубу закрылков на «первый зуб», я плавно послал РУД на «Взлетный». Рука еще не успела довести рычаг газа до крайнего положения, а самолет уже летел, удивляя своей прытью без болтающегося сзади планера на веревке. В этот момент я ощутил, что не я лечу на самолете, а он летит сам, устойчиво стремясь в набор и не требуя от меня каких-либо заметных вмешательств. Это ощущение меня так удивило, что я впал в состояние внезапного счастья и абсолютно расслабившись стал наблюдать за полетом. Руки привычно убрали закрылки, уснановили номинал, покрутили сантехнику жалюзи, и я пассажиром полетел по кругу. Вплоть до крайней трети пробега я чувствовал себя каким-то не слишком нужным элементом в кабине самолета, который показывал мне красоту вечернего неба. В состоянии близком к ментальному оргазму, я остановился на якорной после пробега и с легкой грустью заглушил двигатель, понимая, что повторить такой волшебный полет уже не удастся. Немало впечатленный полученными эмоциями, я выпал на землю из кабины и невольно посмотрел на самолет с благодарностью...

Димона

  Не влезающая своим размахом крыла в кадр Димона, сегодня катала меня по кругам и демонстрировала качества приличного парителя.
IMAG0034

 Наконец, я познакомился с этим впечатляющим аппаратом, который меня порадовал своими хараткеристиками, особенно контрастно выделяющимися на фоне вертолета, из кабины которого я и перепрыгнул в Димону.
  Аппарат оказался серьезным, с видом из кокпита, напоминающим обзор из салона трех топоров (В777), что добавляет ощущения важности в процесс пилотирования. Крыло гордо закрывает половину обзора в нижней полусфере и стремится винглетами в космос. А крыло - это самое главное в самолете, не потому, что оно подъемную силу создает, а потому, что "вид на крыло" всегда добавляет атмосферности в полете, особенно, когда оно упруго гнется борясь с законами аэродинамики.
  Управляемость, естественно, оказалась планерной, и для меня, не имеющего опыта полетов на "белой" матчасти она показалась даже перепланерной. Работа педалями на самолетную не похожа, дает о себе знать внушительный размах крыла, и приходится активно задумываться о работе своих футбольных отростков, чтобы не вводить самолет в раскачку по рысканью.
  Полет приносит исключительное удовольствие (педали, только, вот...) самолет послушен, устойчив и предсказуем. Скорость по понятным причинам терять не хочет, но при выпущенных в посадочное положение интерцепторах поведение на глиссаде очень приятное и работа РУДом по поддержанию скорости сложности не представляет.
  Слышал вскользь, что на Димоне учить новичков вредно, ибо они потом не представляют поведения "нормального" самолета при отказе двигателя. Да, действительно, - отказ Димоне ничего страшного не приносит, и новичок может его не заметить в наушниках "Бозе" (жалко за рекламу не платят). Но тут же у меня возник вопрос, что же мешает отработать элемент "ручка от себя" при наличии таких прекрасных интерцепторов. В нектором роде, этот паритель с выпущенным на треть интерцепторами превращается в среднестатистический самолет.
  Вывод: аппарат классный! Так как предполлагаются дальнейшие полеты на нем, растекаться мыслью по древу пока не буду.

Максим

А  при чем тут вообще пулемет? Просто, если вы летаете на легком вертолете, рядом с вашим местом посадки может оказаться и пулемет Максим.
IMAG0033

И верблюд...
IMAG0032

О наболевшем...

Закон вахтера

Маган — маленькая планета в созвездии Черного Слона, в пяти световых годах от Земли по прямой, в единственном космопорте которой я приземлил легкий пятисотместный исследовательский космолет, способный выполнять посадки на любых необорудованных планетах. Выполнив все процедуры по торможению реактора и запломбировав все автоматы защиты разгона силовой установки, я посмотрел на своего юнгу, внимательно читавшего карту проверок шлюзового отсека и с тяжелым вздохом сказал:
-Не обойтись нам, Леонард, без защитного бронеснаряжения — глянь за окно.
- Да, блин..., - многозначительно сказал Леонард по поводу килограммовых ферритовых мух, долбящих лобовое стекло - Иду готовить костюмы.
Леонард раздраженно скинул привязные ремни и скрылся за дверью рубки. Двадцать минут спустя, содрогаясь под ударами ферритовых мух, мы совершали получасовой послеполетный осмотр корабля, нервно включая систему очистки стекол бронешлемов, которая с переменным успехом смывала с остекления внутренности разбившихся об них мух. Эти мухи преследовали нас уже на третьей планете транзитной посадки, так как планеты данного сектора имели сходные эволюционные условия, и «насекомые», прошедшие эволюционный путь мимо углерода, имели в составе скелета металлические соединения, позволявшие им достигать громадных размеров. Шутка ли — каждая муха весила около килограмма и могла развивать скорость до 240 км/ч.
...На Магане я закончил свой перелет, целью которого был перегон космолета Rodriges. На борту транспортного звездолета, несущего меня к Земле, я без особого удовольствия размышлял о предстоящей комиссии биосовместимости, которая в Земном Секторе все еще представляла собой апофеоз костюмированного бутафорского представления с элементами садоидиотизма. Транспортник прошел пять световых лет за шесть часов общего времени, так что времени размышлять о Вахтерно Летной Экологобионической Комисии мне выпало предостаточно. По прибытии на Землю я занялся бытовыми проблемами перемещения на общественном транспорте: подземный вакуумоход, подземный монорельс, подземный монотайр, ну и подземный переход, позволили мне добраться до дома буквально за полтора часа, чему я был несказанно рад, так как жутко хотелось поспать, забывшись приятными воспоминаниями о совершенном перелете.
Следующим утром, позвякивая платиновыми шпорами парадного костюма космолетчика четвертого класса, я вошел в свежеотремонтированный подвал Вахтерного ЛЭК космопорта Хаустрэвэл. Картина в коридорах ничем меня не удивила, разве, было как-то мало людей в бесконечных гудящих аппаратурой катакомбах. Найдя на настенном вспомогательном мониторе кабинет Председателя ВЛЭК, я двинулся к нему и за приоткрытой дверью Председателя увидел сидящего на стуле перед Секретарем космолетчика первого класса, которому загружали данные биосовместимости в разъем на затылке.
- Чего вы хотели?! - обратила на меня свое внимание сквозь щель дверного проема Секретарь.
- Космолетчик 4-го класса Кингстон, чип номер 87654, прибыл для прохождения Вахтерно Летной Экологобионической Комиссии, - отбил в воздух я привычный доклад.
- Не принимаем! - блеснула тяжелой золотой оправой хромоочков Секретарь.
- Почему?
- Последний день, к Председателю все вопросы!
- Ну последний день, я прекрасно успеваю, с учетом того, что сейчас 8.30 общего времени?
- К Председателю! - заедающей пластинкой вторила Секретарь.
В левой стене кабинета Секретаря с шипением открылась позолоченная дверь, инкрустированная рубинами. Из глубины открывшегося кабинета донесся скрипучий голос Председателя:
- Не принимаем, последний день, Комиссия уходит в отпуск.
- Я уже слышал о последнем дне, что мне мешает успеть пройти комиссию?
- Последний день! - опираясь на черную трость, богато украшенную бриллиантами с рукояткой из золота в виде черепа с изумрудными глазами и платиновыми зубами, встала со своего места Председатель.
Направив трость в мою сторону, Председатель смотрела на меня искусственными фасеточными глазами, усыпанными стразами, и только кривой рот выдавал крайнюю степень раздражения владелицы трости.
- Вы опоздали, сегодня оформлять не будем, так как Комиссия работает последний день.
- Ну вы хотя бы жидкостную органоспецификацию проведите — час времени нужен.
- Нет! - нервно поправляя зеленый с золочеными погонами костюм отрубила Председатель, грузно опускаясь в дубовый трон, звякнувший колокольчиками, давая мне понять, что разговор окончен.
Космолетчик первого класса, уже запломбированный, заискивающе улыбаясь, покидал кабинет, взглядом давая понять окружающим, как он понимает, что Комиссию раздражает прибывший не к месту пациент в виде меня. Эта улыбка в очередной раз напомнила мне, что мечты о приведении ВЛЭК Земного Сектора к Галактическому Кодексу пока что еще далеко за горами.
- …! - подумал я.
ВЛЭК Нуклово-Космопорт тоже заканчивал свою работу сегодня, оставался вариант частного ВЛЭК где-то на 173 уровне Москвабада, но перспектива перемещаться в столицу Земного Сектора, где не ступала нога русского уже триста лет меня не прельщала. Оставался вариант путешествия на периферийную планету Ива-Новая, куда я, перебирая проклятия и вялые мечты о Галактическом Кодексе, выбирал билет на внутричерепном биомониторе...

Старое доброе



Никогда не думал, что меня "занесет" в вертолетчики, как и большинство самолетчиков считал вертлеты НЕХ, которая непостижимым образом перемещается по воздуху. Но это видео в свое время впечатлило. А сейчас начинаю замечать, что меня засасывает некая вертолетная эстетика, которую очень контрастно можно почувствовать только будучи хорошенько влетанным в самолет.

Lift/Drag

1308unb

Казалось бы, что между этими аппаратами может быть общего, кроме освоения воздушного пространства ниже нижнего эшелона?
А оно есть. Аэродинамическое качество на безмоторном планировании у обоих воздушных судов сопоставимо. Робинсон способен выжать из себя 4.7 и, соответсвенно, со ста метров улететь аж на 470 вперед, а Вильга, не имеющая о себе прямых данных по этому значению выдает даже меньше, и составляет прямую конкуренцию вертолету в скорости принятия решения на посадку в случае отказа двигателя.
Поэтому вертолет не удивил меня крутизной планирования на авторотации и показался таким же выдающимся планером-парителем как и польский продукт аэродинамического искусства.
Фото: Александр Маркин

131006